Центр религиоведческих исследований во имя
священномученика Иринея Лионского

Центр создан по благословению Святейшего Патриарха Алексия II,
занимается проблемами новых религиозных движений, сект и культов.

Тел./факс: (495) 646-71-47        E-mail: [email protected]
Горячая линия (приём информации) 8-916-377-44-40
 

Доклад Управляющего Церковно-приходскими школами Ладожского округа Санкт-Петербургской епархии - 28.02.13

Возлюбленные о Господе отцы, братья и сестры. Прежде, чем рассказать о ведении противосектантской деятельности в Санкт-Петербургской епархии, я хотел бы поднять один вопрос: "Почему мы должны противостоять тоталитарным сектам? Зачем и кому это нужно"?

Это принципиальный вопрос, из которого исходят понятия о том, как мы должны противостоять тоталитарным сектам, кто должен этим заниматься, за чей счёт, и, соответственно, как вообще должна идти противосектантская деятельность в каждой отдельно взятой епархии.

Дело в том, что некоторые люди смотрят на нашу противосектантскую деятельность лишь как на желание устранить конкурентов на рынке духовных услуг, который заключается, с их точки зрения, в "переводе духовных ценностей в материальные". 

Неужели это то, что должно нами двигать? Конечно же нет!

Я понимаю, что то, о чём я сейчас хочу сказать, это лишь моя точка зрения, и кто-то может со мной не согласиться. Но мне кажется, что, с православной точки зрения, мы должны противостоять любой неправде. Иначе говоря, если мы считаем, что Православная вера - это единственная истинная вера, основанная на Божественном Откровении, понимаемом в неискажённом виде, то для нас, соответственно, любое неправославное учение о Боге и Его воле - ложно, или содержит ложь и искажения, и мы должны с ним бороться. По крайней мере, изучая его, выделяя элементы лжи и грамотно, аргументировано изобличая эти элементы, делая их наглядными и понятными для носителей этого вероучения, их сторонников и их противников. 

Но это всё чисто религиозный аспект. Мы веруем в Бога, веруем в тот путь, который нам дал Бог для спасения душ наших, так, как мы его понимаем, и веруем, что другие пути не ведут ко спасению, или, по крайней мере, существенно его затрудняют. В таком случае, это наш святой долг, как верующих людей, исходя из любви к ближним, свидетельствовать об истинном пути ко спасению в истинной неповреждённой вере, чтобы и они могли спасать души свои, не сбиваясь на ложь, которую подкладывает людям враг спасения рода человеческого - сатана. Мне кажется, что всё это и так понятно.

Однако каждый человек имеет право верить (или не верить) в то, во что он хочет. Таким образом, наша проповедь может быть лишь свидетельством, и не более. Насильно никого не спасёшь.

Но есть и другой аспект. Мы всё же разделяем понятия: раскол и ересь; неправославная конфессия, просто секта и тоталитарная секта. Нас интересуют именно тоталитарные секты. Чем же они отличаются. Прежде всего, сознательной ложью, мошенничеством, зачастую с целью наживы, насилием, ограничением общения адептов с окружающим миром и альтернативными источниками информации, угрозой для здоровья и жизни. А это уже не только область теологических споров, но и, иногда, нeчто достойное возбуждения уголовного дела и проведения спецопераций.

Таким образом, борьба с тоталитарными сектами - это уже не только дело верующих людей, движимых религиозною любовью к ближним, имеющей целью привести человека к Богу, отвести ото лжи и помочь спасти душу. Это уже законный гражданский долг каждого из нас, независимо от конфессиональной принадлежности, ограждать наших сограждан от сознательного мошенничества и насилия. И здесь мы уже имеем полное право привлекать соответствующие государственные органы. Однако для этого необходимо иметь доказуемые факты. Причём факты не отдельных грехов отдельных адептов или их руководителей, но факты того, что обман, мошенничество и насилие являются официально проводимой внутренней политикой секты.

Если мы имеем дело с психиатрическими расстройствами, то опять таки, необходимо доказать, что то, или иное, расстройство психики вызвано непосредственно вероучением секты или их официальной практикой. Это очень сложно. Тем более, что и в православных храмах можно встретить "слегка тронутых" и "бесноватых" людей. Я лично знаю случаи, когда у некоторых людей "крыша съезжала" от необузданной практики молитвы Иисусовой. Один такой человек ради полноты аскетических ощущений отрезал себе палец. Кто же в этом виноват? Православное вероучение или молитва плохая? Конечно же нет. 

Но с другой стороны, когда жизнь человека зависит от переливания крови, но человек не даёт это сделать. И не потому, что жить не хочет, не потому, что он лично так понял Священное Писание, а потому, что так понимать Писание на настоящий момент велит Правящая Корпорация, вплоть до угроз отступникам и поощрения "правильного поведения" в таких ситуациях на страницах официальных изданий. Весь ужас в том, что мнение Корпорации со временем может быть изменено на диаметрально противоположное, что было и раньше, но человека уже не вернёшь. Это уже на грани убийства, что является уголовным преступлением.

Подведу итог вышесказанному. Сбором и обработкой информации о сектах, с целью выявления фактов мошенничества, насилия и уголовных преступлений, должны заниматься профессионалы. Необходима юридическая поддержка. Эта работа должна реально оплачиваться, причём как за счёт Церкви, так и за счёт государственных структур. Профессиональная работа на должном уровне не возможна, если ею занимаются любители за свой счёт или за счёт добровольных пожертвований в свободное от добывания хлеба насущного время. В наши дни это пока что так.


Теперь скажу несколько слов о другом аспекте противосектантской деятельности. Господь наш сказал: "Потому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою" (Ин. 13, 35). Лучшая проповедь - пример чистого жития в любви ко всем, а особенно друг ко другу. Причём любовь требует конкретного, реального, действенного и, даже, жертвенного выражения. Я думаю, что всем понятно, если бы все мы соответствовали критериям, которые Евангелие предъявляет христианину, то во всём мире не осталось бы ни одного еретика. Русская пословица гласит: "От добра добра не ищут".

Соответственно, если наша вера является истинной, если у нас действует Божия благодать во всей полноте, то почему же к нам не иду люди? Почему растут секты? Более того, некоторые люди, перед тем, как попасть в секту, проходили через православный храм.

Вывод один - не всё в порядке у нас самих, в земной Церкви. 

С одной стороны - это грехи наши, совершаемые по немощи нашей, исправить которые во всей полноте не в силах человеческих. Но это есть и в сектах. Мы знаем о фактах массового пьянства в Вефилях у Свидетелей Иеговы, хоть они и пытаются представить всем, и, прежде, всего самим себе, своих старейшин, надзирателей и, особенно, помазанников, как идеальных людей. Немощи были, есть и будут у всех. 

Но с другой стороны, мы имеем факты грубости в храмах по отношению к прихожанам, огромную массу совершенно невоцерковлённых или слегка прицерковлённых людей, чрезмерную занятость священнослужителей богослужебными, требными, административными и строительными делами. Таинство крещения совершается безо всякой подготовки. Люди, даже крещёные, понятия не имеют, в Кого и во что мы верим. Они, боясь подойти или обременить батюшку, а то и просто, боясь хамства, предпочитают спрашивать о вере у матушек, которые продают свечки и чистят подсвечники. А их богословские знания далеки от совершенства. В результате наши храмы становятся рассадником суеверий. А если что - "Так мне же в церкви сказали"!

У многих людей Православие ассоциируется с иконкой, свечкой, кадилом, кропилом, гробом, покойником и толстым попом. При этом Бог остаётся где-то далеко. Православная молитва - набор слов на непонятном языке перед иконой со свечёй. Это чем-то похоже на шаманизм. Сколько раз меня приглашали освящать квартиру, и говорили: "Вы тут, батюшка, освящайте, а я пока пойду, не буду мешать". Люди искренне удивлялись, что жилище освящает не священник, а Бог, по нашим общим молитвам. А священник - лишь первый среди равных - предстоятель.

То же самое относится и к практике заочных отпеваний. Когда люди просят священника отпеть усопшего, а сами уходят "по делам". Священник совершает отпевание один в пустом храме, а через какое-то время люди приходят за землёй и заказывают сорокоуст, будучи уверены, что сделали для души умершего всё, что могли. 

Если бы вы знали, как обидно потом слышать из уст сектанта: "Ну да, был я в православном храме когда-то. Там только свечки зажигают, целуют иконы и мощи. А о Боге там не говорят, молиться не учат, Библию не читают, с людьми не общаются, а лишь огрызаются".

Всё это не относится к категории недостатков православного вероучения, но это не отнесёшь и к категории немощи человеческой. Все эти проблемы решаются, иногда даже чисто административным путём, было бы желание. 

Об этом уже давно говорит и наш Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. "В каждом храме необходимо сделать так, чтобы священник имел хотя бы одну предварительную встречу с обращающимися по вопросу о Крещении… Стемящимся к большим доходам следует помнить, что предварительное наставление, катехизация, даже с откладыванием совершения Таинства Крещения может принести больше пользы. Человек, принимающий Святое Крещение формально, больше в храм не придёт. Человек, осознавший его значимость, станет постоянным прихожанином"…

Самое простое, что напрашивается:

· Настоятельно рекомендовать, вплоть до решения Собора или Синода, крестить в Русской Православной Церкви здоровых взрослых людей только после предварительной подготовки;

· Откладывать на время крещение младенцев, если крёстные родители не имеют понятия о том, кто такой Бог, во что мы верим и как следует жить по заповедям Божиим. С ними нужно проводить соответствующую предварительную беседу;

· Выработать и общецерковно утвердить минимальный ценз - набор богословской информации, которым должен владеть здоровый взрослый человек, без чего он не может быть допущен до крещения или до того, чтобы стать крёстным родителем.


Причём, ещё раз подчеркну, это должно иметь статус общецерковного законодательного решения, хотя бы ради того, чтобы священнику на приходе не приходилось объяснять прихожанам, что катехизация - это не его личная выдумка. Кроме того, священник должен понимать, что, совершая крещение без катехизации, не имея на то сугубых исключительных причин, он совершает преступление против соборного решения Церкви.

Минимальный же ценз может быть таким. Человек должен иметь чёткое представление по следующим вопросам :
1. Кто такой Бог и что значит термин "Троица";
2. Откуда мы о Нём знаем;
3. Что такое Библия, из каких основных частей она состоит, её краткое содержание;
4. Кто такой человек;
5. Что такое грех;
6. Кто такой Иисус Христос и зачем он пришёл в этот мир;
7. Что такое и зачем нужно Крещение, Исповедь и Причастие.

И здесь не нужно повторять ошибку наших Духовных школ: не нужно заставлять человека что-то схоластически зазубривать. Достаточно лишь дать ему чёткое представление по этим вопросам.

Ещё желательно учитывать местную специфику. В местах, где много Свидетелей Иеговы полезно на катехизации перед крещением рассказывать о том, что значит имя Божие Иегова, откуда оно взялось и чем наше вероучение отличается от Иеговистского. В районах, где много мусульман, полезно дополнительно рассказывать о том, кто такой Муххамед, что такое Коран, чем он отличается от Библии, в чём ислам заблуждается, и т.д. Причём священник (или катехизатор) должен уметь не только показать различия, но и доказать правоту Православия, умея ссылаться на Писание.


Таким образом, мы приходим к выводу о необходимости создания института профессиональных, подготовленных приходских (и епархиальных) миссионеров и катехизаторов. Это должна быть штатная и оплачиваемая должность, особенно при крупных храмах, где много народа.

Я поднимаю этот вопрос на Рождественских Чтениях в надежде, что кто-то может этим заинтересоваться в свою очередь поднять этот вопрос на Синоде или, даже, Соборе. Это также должно стать общецерковным решением, только тогда это будет реально создаваться на местах. 

А ещё мне хотелось бы отметить вот какой тонкий момент: выступая против деятельности той, или иной тоталитарной секты, с одной стороны, мы действуем в интересах людей, оказавшихся в секте. С другой стороны, сама же эта секта состоит из этих же самых людей. Им там нравится. Они не видят и не хотят видеть лжи. Им там хорошо. Они служат Богу и людям, имеют крепкие семьи, меньше страдают от дурных привычек (если, конечно, не брать секты откровенно сатанинского плана). Мы пытаемся их вытащить оттуда, где им хорошо! За годы пребывания в секте люди привыкают к активной деятельности по проповеди, с другой стороны теряют профессиональные навыки и квалификацию. Им трудно потом устроится на хорошую работу. В секте остаются их близкие друзья, а то и все их родственники, и все, кто им дорог. 

Учтите, что, например, Свидетели Иеговы одного собрания знают все друг друга по именам и у кого какие проблемы, активно друг другу помогая. И это до 200 человек - все как одна большая семья. А что мы можем им предложить? Стоять на службе, и всё? Это то, о чём нам надо хорошо подумать. 

Я знаю, что в Москве и других русских городах, где много маленьких храмов, есть приходы - общины, где не только священники, но и прихожане знают друг друга, и друг другу по-христиански помогают. В Санкт-Петербурге, где исторически храмов не столь много, но они представляют собой большие соборы с большим количеством прихожан, с этим сложнее.


Вообще, говоря об антисектантской деятельности в Санкт-Петербурге, следует отметить, что наш город не даром получил название Сект-Петербург. Например, за недолгое время пребывания в Москве, я столкнулся с людьми, которые Свидетелей Иеговы вообще не встречали и не понимают, почему я так ими озабочен. В Петербурге же, я думаю, с ними столкнулись, хотя бы раз в жизни, все жители города. Многие стали адептами. Под Санкт-Петербургом, в пос. Солнечное, расположен их Управленческий Центр - "Вефиль". 

Причин распространения этой, и других сект, много: 

· Одна из них - благоволение к ним властей, особенно прошлой администрации;

· С другой стороны, Миссионерский отдел Санкт-Петербургской епархии (как и во многих других епархиях РПЦ(МП)) был создан по указанию из Москвы. Туда были назначены хорошие люди, священники, но они никогда не занимались профессиональной антисектантской деятельностью. Председатель отдела, протоиерей Александр Будников, является ещё настоятелем храма и благочинным епархиального округа. Практически все материальные средства отдела идут на ремонт помещений в Александро-Невской Лавре при Епархиальном Управление. В прошлом году у отдела появился прогресс - выпущен набор листовок "В помощь миссионеру". Сам, как бывший активный миссионер, я оцениваю уровень этих листовок не очень высоко. Но это, по крайней мере, начало;

· На мой взгляд, необходимо повышать уровень духовного образования в наших Семинариях и Академиях. Дерзну так сказать, потому что сам недавно прошёл через Семинарию. В настоящее время Семинарии зациклены на повышении дисциплины у воспитанников и студентов. Из них готовят "верных чад Русской Православной Церкви". Но с другой стороны, я знаю, что многие священники - выпускники Семинарии так ни разу в жизни и не прочитали всю Библию целиком, и уже вряд ли прочитают. Тем более они имеют весьма смутное представление о имени "Иегова" или "Яхве"; могут даже и похулить это имя, как имя бога сектантов, не понимая, что хулят имя нашего Бога. Я думаю, что не только подавляющее большинство мирян, но даже священники, и даже "маститые" протоиереи и архимандриты, вряд ли смогут противостать в полемике на должном уровне заурядному старейшине Свидетелей Иеговы и аргументировано отстоять Православную веру. Я уж не говорю о том, чтобы привести к Православию. Дерзну предположить, что это относится не только к выпускникам Санкт-Петербургских Духовных школ;

· Миссионерской антисектантской деятельностью на территории Санкт-Петербурга профессионально занимается лишь Центр Апологетических Исследований. Это протестантская организация, которая получает деньги и информацию из США. Однако в штате сотрудников есть православные христиане, и организация готова к сотрудничеству с Русской Православной Церковью. Практически все православные миссионеры в Санкт-Петербургской епархии пользуются их материалами и возможностями. Однако православные миссионеры - это лишь любители - одиночки. Их деятельность не имеет официальной поддержки РПЦ, и прежде всего материальной. Всё приходится делать за свой счёт. Если же они и имеют какое-то отношение к Санкт-Петербургской епархии, то действуют они, скорее, как представители молодёжного отдела (председатель - иерей Артемий Скрипкин), или же как представители отдела по образованию и катехизации (председатель - протоиерей Александр Зелененко). Это всё - капля в море, кроме того, некоторые из них не имеют духовного образования, и поэтому их деятельность воспринимается с одной стороны с одобрением, а с другой стороны с подозрением с опаской: "Как бы они чего не нагородили, а то ещё сектанты и в суд чего доброго на Церковь подадут";

· И это ещё одна проблема. Многие секты являются любителями судиться. Они подают в суд даже тогда, когда дело для них заведомо проигрышное, только ради того, чтобы напугать противников. Особенно этим отличаются представители Саентологии®. Они имеют юридическую поддержку, не жалеют средств на адвокатов, иногда и на подкуп судей. Мы же боимся судебных разбирательств, как огня геенского, лишь бы не было скандалов, где фигурировала бы официально Русская Православная Церковь. 

Таким образом, несколько лет занимаясь антисектантской деятельностью, и видя, как ей занимаются другие, я пришёл к выводам, что лучший способ противостать болезни - это профилактика. Мы должны у себя, прежде всего создать условия, чтобы люди от нас не уходили. 

Затем нужно учесть, что многие быстрорастущие организации имеют основной статьёй расходов - проповедническую деятельность. У нас проповедники и миссионеры не получают ни копейки и вынуждены тратить на эту деятельность лишь свободное от работы время. 

Мы пропустили время, когда секты начали размножаться в России почти в стерильных условиях. Мы должны были стать своеобразным иммунитетом, но испугались, ибо ещё слишком хорошо помнились годы советских гонений. Испугались занять активную позицию. Они не боясь делали своё дело, приглашая людей на стадионы. Мы же и сейчас боимся официально поддержать деятельность тех, кто готов заниматься проповедью Православия, антисектантской деятельностью и имеет опыт. Я думаю, что это происходит не потому, что у Церкви нет материальных средств. 

Сейчас, пока что, большая часть населения относит себя к православным. Значит, нам ещё верят и наше слово слушают. Давайте не будем терять время и жалеть деньги, чтобы у Православия было будущее в нашей стране.

о. Александр Дягилев, управляющий Церковно-приходскими школами Ладожского округа Санкт-Петербургской епархии

Обсудить данный материал вы можете на сектоведческом форуме.