Центр религиоведческих исследований во имя
священномученика Иринея Лионского

Центр создан по благословению Святейшего Патриарха Алексия II,
занимается проблемами новых религиозных движений, сект и культов.

Тел./факс: (495) 646-71-47        E-mail: [email protected]
Горячая линия (приём информации) 8-905-709-23-14 (9:00-20:00)
 

Мелитопольщина - Лондон или путевые заметки Бориса Фаликова - 20.03.01

Недавно публицист и преподаватель кочетковской ВПШ Борис Фаликов опубликовал на сайте "Мир Религий", два материала на одну тему: о хороших и благородных социологах религии, живущих в идиллическом единстве с изучаемыми ими "новыми религиозными движениями", и плохих антикультистах - наследниках Гитлера, Сталина и Пол Пота. Первый, сочащийся сахарным сиропом (и явно исходящий от человека, страдающего закоренелым комплексом провинциала) материал повествует о конференции благородных социологов религии в Лондоне и о том, как у них - мудрых и продвинутых - все хорошо; а у нас - диких, глупых и вечно пьяных - все плохо. Вторая статья - фельетон о нижегородской конференции зловредных "антикультистов" - развивает вторую часть вышеприведенного сравнения.
Приводим оба материала с нашими комментариями (текст Фаликова дан курсивом). 
 
Духовный супермаркет в Лондоне
 
С 19 по 23 апреля в Лондоне проходила международная конференция "Духовный супермаркет. Религиозный плюрализм и глобализация в XXI столетии". Проводили ее INFORM и CESNUR - британская и итальянская организации, объединяющие специалистов по изучению новых религий. (INFORM и CESNUR - две наиболее известные сектозащитные организации, занимающиеся пиаровской работой для целого ряда крупных и влиятельных тоталитарных сект. Известный социолог религии профессор Хайфского университета Биньямин Бейт-Халлами напрямую называет руководителей этих двух организаций - Айлин Байкер и Массимо Интровинье - коллаборантами. Известна скандальная история о тесных отношениях сектозащитников с самими сектами, о случаях получения первыми денег от последних и исполнении заранее проплаченных заказов: написании экспертиз, свидетельствовании в суде и т. д. Кстати сказать, высокопоставленный сотрудник вашингтонской сайентологической организации Сьюзан Тейлор рассказывала автору этих строк о своем общении с самим Фаликовым в Вашингтоне и называла его своим дорогим другом. Одна из необходимых частей работы по поддержке сект - это борьба против тех, кто реально противостоит этим тоталитарным и человеконенавистническим организациям. Сектозащитники презрительно именуют подобных людей и организации "антикультистами".) Приняли финансовое участие американцы, немцы и скандинавы. (Сектозащитники озабочены сколачиванием своей коалиции по всему миру. Более чем где-либо их позиции сильны в США. Здесь следует назвать две фамилии наиболее известных американских сектозащитников, которые принимали участие в конференции, но, тем не менее, Фаликовым обозначены не были, - это Гордон Мелтон из Калифорнии и Джеймс Ричардсон из Невады.) Россияне и другие восточные европейцы приняли участие интеллектуальное. ("Российские интеллектуалы" были представлены самим Фаликовым и скандально известным адвокатом Галиной Крыловой - членом правления сайентологической "Гражданской комиссии по правам человека".) Что с нас еще возьмешь? В общем, знатная вышла тусовка. (Совершенно верно, по-другому это мероприятие не назовешь.)
 
С приветственным словом к собравшимся обратился архиепископ Кентерберийский Джордж Кэри, который констатировал, что общение с представителями иных религий отнимает у него немало времени. И самое удивительное то, что в последнее время - это в основном люди из религий новых, а не традиционных. Очевидно, что число таких религий в Британии растет, и главе Англиканской Церкви приходится уделять им все больше внимания. Опасается ли он новых пришельцев на Британские острова?
 
Что ж, осторожность - известная английская добродетель, но и осторожничать надо с умом. Все религии когда-то были новыми, что не помешало некоторым из них со временем стать традиционными. А одна апокалиптическая иудейская секта на многие века определила судьбу европейской культуры, и, надеюсь, будет определять ее в дальнейшем, заявил Джордж Кэри, имея в виду христианство. Как же отделить зерна от плевел? 
 
Архиепископ предложил разбить новые религии на две категории - "здоровые" и "нездоровые". Я насторожился, вспомнив отечественных любителей подобной селекции. Но критерий, предложенный Кэри, вопросов не вызывал. Здоровые - это те, которые оставляют место для сомнений, нездоровые не сомневаются ни в чем. Абсолютная уверенность в своей правоте вредно сказывается на духовном здоровье. Причем относится это не только к религиям новым, но и к старым, исключений здесь нет. Ученые знают, что здоровый скептицизм никому не вредит, беда в том, что и он может стать нездоровым. Окрыленные архиепископским напутствием, мы взялись за дело. (Если учесть, что Англиканская церковь уже давно признала женское священство, однополые браки и инклюзивный библейский язык, а многие ее священники и епископы открыто заявляют о неверии в божественность Иисуса Христа и в Его телесное воскресение, то позиция архиепископа становится более понятной. Понятно и то, почему Англиканская церковь стремительно теряет верующих, готовых броситься в объятия каких угодно сект, лишь бы сбежать из на глазах распадающейся и стремительно растрачивающей остатки своего авторитета деноминации. Боюсь, что "здравые" критерии архиепископа Кентерберрийского вряд ли способствуют укреплению нравственной позиции его церкви, неоднократно отказывавшей в помощи многочисленным жертвам тоталитарных сект.)
 
По сравнению с прошлыми конференциями акценты несколько сместились, появились и новые темы. Но среди основных по-прежнему осталась юридическая. Это и понятно - "антисектантский" закон, практически принятый во Франции, грозит серьезно ограничить деятельность новых религий в этой стране. (Новый французский закон направлен не против "новых религий", а против тоталитарных сект. Главное в подобных образованиях - это даже не система их верований, но грубое нарушение ими прав своих членов. По мнению французских законодателей, тоталитарные секты - это не религиозные, а коммерческие или политические организации, некоторые из которых используют религиозное прикрытие.) Правда, против его принятия выступают лидеры традиционных религий. Итальянский докладчик Массимо Интровинье выявил причину этих опасений - со времен революции свобода от религии стала для французов не менее важной, чем свобода религии. (Напомним, что сам Массимо Интровинье состоит в крайне правой околокатолической тайной организации "Семья, традиции, собственность" и является председателем ее "политического" крыла "Аллеанца Каттолика".) Именно эта тенденция и стала определяющей в принятии "антисектантского" закона. По сути, он направлен против религиозного "манипулирования сознанием" вообще - сегодня в нем подозревают религиозные меньшинства, завтра очередь может дойти и до большинства. Этого и боятся французские католики и протестанты. Были и доклады о правовой ситуации с новыми религиями в России (от французской она отличается примерно так же, как уличный мордобой от дуэли). (Оставляя на совести автора это сравнение, в котором он, по всей видимости, пытался в очередной раз лягнуть свою страну, отметим лишь крайне неудачное использование им метафоры. Как правило, все же уличный мордобой, в отличие от дуэли, не кончается смертью его участников.)
 
Новые темы имели отношение к стремительным переменам вокруг. Это развитие Интернета и глобализация. Как констатировал автор лучшей веб-страницы по новым религиям (Интересно, каких критериев придерживается автор, отбирая "лучшую веб-страницу"? Похоже, что все его научные выводы имеют такую же доказательную базу: у наших все лучшее, а у антикультистов, по определению, все худшее. Ну что же, по крайней мере, критерий ясен.), профессор Вирджинского университета Джеффри Хэдден (Хэдден - автор скандального меморандума, недавно широко распространившегося по Интернету. В этом документе Хэдден рассказывает о ряде встреч нескольких известных сектозащитников с руководителями тоталитарных сект и говорит о необходимости получения денег от сект для того, чтобы расправиться с "антикультовым движением".), Интернет - превосходный исследовательский инструмент для религиозных штудий, доступ к собранным в нем информационным богатствам сильно облегчает жизнь ученым. Но исследователям новых религий может и затруднить. Веб-странички этих религий - еще один образ, который они проецируют в мир, и понять, какая реальность за ним скрывается, иногда вовсе не просто. А для "антисектантской" деятельности - Интернет просто рай. Ведь в нем можно возвести такую хулу на новые религии, которой не выдержит ни одно бумажное издание. Об этом весьма темпераментно рассказал другой американский исследователь Дуглас Коуэн. (Что же, сектозащитники и секты обеспокоены неподконтрольным им распространением правдивой информации о них в Интернете. Теперь сектам все сложнее скрывать правду о себе и душить по одному своих оппонентов. Да, им удалось запугать многих журналистов, которые, опасаясь судебных исков, более не влезают в эту тему, но интернет-сайты, посещаемые миллионами пользователей, - арена для неподцензурной информации. Опыт интернета показывает, что в свободной конкуренции на информационном поле секты проигрывают. Их дорогие, претенциозно сделанные сайты посещают несравненно меньше людей, чем сайты обладающих гораздо меньшими ресурсами антисектантских организаций и активистов.) 
 
Процесс глобализации - это та среда, в которой новые религии чувствуют себя как рыбы в воде, утверждала датский социолог религии Маргит Варбург. Глобализация связана с развитием четырех тенденций - мобильностью, одновременностью перемен, обилием альтернативных средств коммуникации и плюрализмом. Об этом писала Розабет Мосс Кантер в классическом исследовании современной глобальной экономики. На примере трех новых религий - кришнаизма, бахаизма и евангелического "Слова жизни" - Варбург показала, что эти тенденции явственно прослеживаются в их деятельности и способствуют их распространению. Например, кришнаизм легко перемещается поверх национальных и прочих барьеров, а махамантра "Харе Кришна" попала в список шлягеров BBC, и ее можно одновременно услышать в теле- и радиопередачах в самых разных уголках мира. (Маргит Вальбург - ничем не выдающаяся социолог религии из Копенгагенского университета. Как мы видим, по пересказу Фаликова, и в этом ее выступлении не было не только ни одной сколько-нибудь новой мысли, но и вообще какого-либо внятного содержания.)
 
Штудии новой религиозности - вещь сравнительно новая, но, похоже, в наше время все происходит очень быстро, и молодая наука со старческой отрешенностью норовит поглядеть на себя со стороны. Впрочем, не только на себя, но и на своих конкурентов. Профессор Айлин Баркер из Лондонской школы экономики, взвалившая на себя тяжкий груз проведения конференции, прочла доклад о наблюдающих за новыми религиями, за которыми тоже нужен глаз да глаз. Этот вуайеризм в квадрате так взволновал публику, что пришлось менять залу заседания: желающих поглазеть оказалось слишком много. Баркер высказала предположение, что способ наблюдения за новыми религиями может повлиять на их поведение. Если мы будем наблюдать, чтобы искоренять, у поднадзорных возникнет паранойя, и опасные тенденции могут усилиться. Если же наблюдать с отстраненной благожелательностью - наблюдаемые могут и исправиться, то есть лучше адаптироваться к среде, и проблем станет меньше. (Любимая мысль Баркер, в свое время получавшей деньги от мунитов и снимавшейся в рекламных роликах секты "Семья". Более подробный разбор ее позиции см. в моем материале "О некоторых подходах к методологии православного сектоведения".)
 
Продолжением этой мысли стало пленарное заседание, на котором участникам было предложено понаблюдать за нынешними и бывшими адептами некоторых новых религий, которые выступили с краткими сообщениями о своем духовном опыте. Религиоведы знают, что апостасия - то есть отказ от прежних верований - всегда сильно влияет на психику вероотступников. (Обратим внимание на типичную подмену Баркер, воспринятую ее многочисленными клонами, - Фаликовым в том числе: громогласно заявляя, что в исследованиях необходимо отказаться от "эмоционально загруженных терминов", таких, например, как "секта", "культ", "адепт", "вербовка" и пр., которые, дескать, умственные стереотипы, мешающие объективности исследований, сама Баркер стандартно называет людей, вышедших из тоталитарных сект, апостатами и вероотступниками. То есть, скажем, человек, над которым пятнадцать лет измывались в сайентологии и который наконец обрел свободу, должен постоянно терзаться комплексом вины, воспринимая себя как вероотступника и предателя; и уж тем более он не имеет права никому рассказывать о тех проблемах, которые у него были и тех издевательствах, которым он подвергался. Это на сектозащитном новоязе называется "объективность исследования".) Поэтому они становятся легкой добычей "борцов с сектами", сообщая им о своем прошлом вещи весьма неприятные - так от него проще отречься. Посадив отступников и верующих за один стол, устроители предложили и им понаблюдать друг за другом - результат получился обнадеживающий. Оказалось, что отступникам есть чем поделиться не только с теми, кто профессионально эксплуатирует их отступничество, но и с бывшими единоверцами. Полезно это и тем и другим: одни начинают лучше видеть собственные недостатки, а другие - понимать, что они вовсе не отверженные, которым надо бросаться в спасительные объятия бывших врагов. Ну, а ученым такое пиршество вуайеризма - сплошное удовольствие: есть о чем подумать и написать. (Как-то у Фаликова не получилось ни того, ни другого.)
 
Последний день конференции был посвящен путешествиям. Я выбрал экскурсию под названием "Неправоверный Лондон", которую проводил англиканский священник Элан Уокер. Оправдывая свою пешеходную фамилию, преподобный Уокер стремительным маршем провел нас по району Холборн, который издавна славился гнездившимися здесь ересями. Начали с главной - католичества. В свое время британским католикам приходилось несладко, и окормлялись они в храмах при посольствах католических стран; один из них (бывший храм бывшего посольства Сардинии) мы и посетили. Местный священник с гордостью показал кусочек алтаря из древнего аббатства Гластонберри, вмонтированный в алтарь его церкви. Развалины Гластонберри нынче весьма популярны у оккультистов, невозмутимо прокомментировал Уокер. 
 
К ним мы и отправились: неподалеку оказался магазин оккультной литературы, в подвале которого страшный и ужасный Алистер Кроули, по слухам, совершил нечто сатанинское. Слухи о подвале оказались преувеличены - его попросту не было. Разочарованные, мы тронулись в "Этическое общество", славное своим отрицанием религии, и сочинившее в знак протеста безрелигиозные ритуалы. Общество охотно пускало к себе и прочих ритуалистов, среди которых я отметил "Кружок любителей Сталина". Любопытно, кровавые они приносят жертвы или бескровные? Элан хмыкнул. 
 
Пройдя через сведенборгиан и тибетцев, мы оказались у кришнаитов, где пришлось снять обувь. Паломничество по еретическому Лондону закончилось. Ошеломленный изобилием, я посмотрел на преподобного Уокера. Лицо его выражало спокойную сосредоточенность. Подобно своему архиепископу, священник не собирался отступать под натиском конкурентов, но и гнать их из духовного супермаркета не входило в его намерения. Коли перестал быть монополистом, следует извлечь из этого полезный урок, а не притворяться, что ты им остаешься. (Ну, а это все лишь абсолютно бессодержательные охи и ахи на тему того, как у цивилизованных англичан все хорошо и как нам у них еще нужно учиться и учиться. Впрочем, для данного жанра концовка типичнейшая.)
 
Отметим также, что стиль этой статьи наверняка покажется до боли знакомым российскому читателю, сформировавшемуся в предперестроечные годы. От нее веет чем-то давнишним, и, естественно, довольно основательно подзабытым. Поднапрягшись, я вспомнил: именно так писались путевые отчеты журналистами из провинциальных многотиражек, которым, в ранние годы перестройки, впервые удалось побывать за границей, пока еще в соц. странах. Опытом социалистических братьев и их большей открытостью уже можно было восторгаться, а нас, вместе с закосневшим догматизмом и "непродвинутостью" мышления, уже можно было осторожно критиковать.
 
Итак, предположим, что корреспондент "Колхозника Мелитопольщины" побывал на съезде колхозников, скажем, в словацком городке Комарно. Вернувшись, он написал бы для своей родной газеты приблизительно такую статью: 
"С 19 по 23 апреля в Комарно проходила международная конференция "Смекалка и инициатива как феномен жизни социалистического крестьянства". Проводили ее словацкая и венгерская ассоциации "Колхозники за новое мышление". Приняли участие поляки, немцы из ГДР, болгары, румыны и югославы. Представители СССР были, главным образом, слушателями. Что с нас еще возьмешь? В общем, знатная вышла тусовка.
 
С приветственным словом к собравшимся обратился генеральный секретарь компартии Словакии товарищ Жоржек Зашбл, который констатировал, что общение с колхозниками-новаторами отнимает у него немало времени. Очевидно, что число таких людей в Словакии растет, и главе братской компартии приходится уделять им все больше внимания. Опасается ли он новых пришельцев в социалистическую жизнь?
 
Что ж, осторожность - известная словацкая добродетель, но и осторожничать надо с умом. Все идеи когда-то были новыми, что не помешало некоторым из них со временем стать традиционными. А некоторые новаторы с самого начала были передовиками производства и кормят социалистическое отечество, заявил тов. Зашбл, имя в виду венгерский опыт. Как же отделить зерна от плевел, а новатора-социалиста от ревизиониста, протаскивающего в колхоз капиталистические идеи? 
 
Тов. Зашбл предложил разбить колхозников-новаторов на две категории - "здоровые" и "нездоровые". Я насторожился, вспомнив отечественных любителей подобной селекции. Но критерий, предложенный тов. Зашблом, вопросов не вызывал. Здоровые - это те, которые преданы идеалам социализма, нездоровые тайно вынашивают капиталистический дух. А он всегда вредно сказывается на моральном состоянии колхозника. Причем относится это не только к новаторам, но и к колхозникам, живущим и работающим по-старинке, исключений здесь нет. Однако ученые отмечают, что даже и преданность идеалам социализма может стать фанатичной. Окрыленные напутствием мудрого партийного вождя, мы взялись за дело. 
 
По сравнению с прошлыми конференциями акценты несколько сместились, появились и новые темы. Но среди основных по-прежнему осталась юридическая. Как существовать новатору в социалистическом государстве? "Антиноваторский" закон, практически принятый в Северной Корее, грозит серьезно ограничить деятельность инициативных колхозников в этой стране. Румынский докладчик Минимус Интровинеску, лауреат премии им. тов. Чаушеску и председатель "Красного альянса" - организации, борющейся за торжество коммунизма в Румынии и во всем мире, отметил, что культ личности Ким Ир Сена, сложившийся в Северной Корее, гораздо более важен для ее населения, чем свобода колхозного труда. С этим трудно было не согласиться. 
 
Новые темы имели отношение к стремительным переменам вокруг. Это развитие гласности в прессе и борьба с вредителями. Как констатировал хозяин лучшей в мире коллекции окаменевших фекалий мамонта, лаборант Улан-Баторского Института скотоводства Джефурхан Хэдденджиранбылган, гласность очень важна и сильно облегчает ученым доступ к информационным богатствам. Но есть и проблемы. Теперь любой самозванец может написать, что собрал лучшую коллекцию, чем тов. Хэдденджиранбылган, и поди докажи, что это не так. Об этом весьма темпераментно рассказал другой монгольский исследователь - Дугдулдаг Коуэнбырган. 
 
Профессор софийского сельскохозяйственного института Маргита Варбургова, провозгласив здравицу в честь тов. Живкова, предоставившего ей возможность приехать на конференцию, поведала преданности социализму в болгарских колхозах. На примере югославских, венгерских и немецких колхозников она показала, что социалистические идеалы явственно прослеживаются в их работе и распространяются поверх национальных и прочих барьеров, а гимн болгарских колхозников "Товарищ Живков заповядал" попал в список шлягеров на Сопотском фестивале, и его можно одновременно услышать в теле- и радиопередачах во всех уголках стран Варшавского договора.
 
Конечно, остается проблема сельхозвредителей. Айлэн Бархерита, профессор Гаванской школы экономики и близкий личный друг легендарного Фиделя, прочла доклад о неправильных методах борьбы с колорадским жуком. Сам термин "вредитель" является социально окрашенным и вряд ли может принести пользу в изучении повадок этих динамичных и очень красивых созданий. Тем более, что у колорадского жука с младых ногтей развивается тяжелый комплекс вины: естественная окраска делает его похожим на арестанта, что заранее формирует негативное отношение окружающих. Этот подход чернокожей красавицы - представительницы острова свободы - так взволновал публику, что пришлось менять залу заседания: желающих понаблюдать за колорадскими жуками и изучающей их кубинкой оказалось слишком много. Бархерита высказала предположение, что способ наблюдения за колорадскими жуками может повлиять на их поведение. Если мы будем наблюдать, чтобы искоренять, у поднадзорных возникнет паранойя, и опасные тенденции могут усилиться. Если же наблюдать с отстраненной благожелательностью - наблюдаемые могут и исправиться, то есть лучше адаптироваться к среде, и проблем станет меньше. 
 
Продолжением этой мысли стало пленарное заседание, на котором участникам было предложено понаблюдать за колорадскими жуками, которых травили ядохимикатами и теми, на которых воздействовали словом. Оказалось, что если колорадскому жуку объяснять, что, поедая картофельные листья, он может оставить социалистическую страну без урожая, они хорошо адаптируются, а многие из них даже перелетают во Флориду. Они начинают лучше видеть собственные недостатки и понимать, что они вовсе не отверженные и что в социалистическом отечестве есть место для всех. Но ученым такой пир духа был сплошным удовольствием: есть о чем подумать и написать.
 
Последний день конференции был посвящен путешествиям. Я выбрал экскурсию под названием "Неформальный Комарно", которую проводил секретарь комарненского райкома КПС Алан Пришбл. Оправдывая свою фамилию, он вначале повел нас в молодежный клуб качков, которые в свободное от колхозной работы время развивали свою мускулатуру. По слухам, в их подвале собирались одни хулиганы, но слухи об этом оказались сильно преувеличенными. Молодые люди пояснили нам, что в здоровом теле - здоровый дух и что крепкой мускулатурой они еще смогут послужить социализму. 
Посетили мы молодежный астрологический кружок. Оказалось, знание астрологических прогнозов помогает правильному ведению сельского хозяйства. 
 
Напоследок мы посетили дискотеку, где нас угостили ароматным словацким пивом. Любопытно, а тут танцуют "шейк" или "твист"? Тов. Пришбл хмыкнул. Паломничество по неформальному Комарно закончилось. Ошеломленный изобилием, я посмотрел на тов. Пришбла. Лицо его выражало спокойную сосредоточенность. Подобно своему генеральному секретарю, партийный руководитель не собирался отказываться от идеалов социализма, но понимал, что плюрализм и гласность - необходимые составляющие демократизации общества. Только так мы сможем вернуться к подлинным ленинским нормам."
 
Вторая статья Фаликова являет собой типичный пример кондового советского фельетона. Даже название материала свидетельствует само за себя. Самое интересное - это то, что на обозреваемой им нижегородской конференции наш "объективный исследователь" не был, ни одного из прозвучавших там докладов не читал. Видел он лишь расписание конференции, список выступавших и названия сообщений. Этого ему оказалось достаточно для широкомасштабных выводов. Вспомним недавнее: Пастернака я не читал, но осуждаю! Или: долой ренегата и предателя Солженицына!
Похоже, Фаликов мог бы написать то же самое о конференции, даже и не открывая ее программу. Многочисленные фактические ошибки, допущенные им, в счет не идут. Главное, - верное идеологическое направление. А в этом г-н Фаликов, как всегда, преуспел. 
 
Наш ответ Керзону
 
Не успела закончиться Лондонская конференция по изучению новых религий "Духовный супермаркет. Религиозный плюрализм и глобализация в XXI столетии", как в Нижнем Новгороде началась другая - "Тоталитарные секты - угроза XXI века". Она была организована под эгидой Нижегородской епархии РПЦ ведущими антисектантскими организациями страны - Информационно-консультативным центром св. Иринея Лионского и Братством св. Александра Невского. Простым совпадением это счесть трудно: налицо попытка ответа ученому сообществу. (Отметим, как изящно Фаликов противопоставляет "ученое сообщество", то есть себя и своих друзей-покровителей, собравшимся в Нижнем Новгороде "сектоборцам", естественно, "темным" и "неученым". Высокие ученые степени собравшихся в Нижнем Новгороде кандидатом наук Фаликовым в счет не принимаются. Ошибся он и в своем предположении, что нижегородская конференция была приурочена к лондонской "тусовке" (см. предыдущий текст Фаликова). Сроки конференции - Фомина неделя 2001 г., были согласованы еще в сентябре 2000 г., задолго до того, как Айлин Баркер начала рассылать свои приглашения в Лондон. Заодно отметим, что Фаликов перепутал нижегородское Братство св. Александра Невского, антисектантской работой не занимающееся, которое и организовало эту конференцию, с новосибирским Братством св. Александра Невского, которое, действительно, ведет активную антисектантскую работу. Впрочем, чего там мелочиться - что Нижний Новгород, что Новосибирск - для просвещенного европейского взгляда с берегов Темзы это приблизительно одно и то же. Кто там этих варваров с их непроизносимыми названиями разберет?) А чтобы наш ответ Керзону вышел поувесистей, на конференцию пригласили ведущих сектоборцев Европы - немца Томаса Гандоу, француза Алена Вивьена и датчанина Йоханнеса Огарда. (Во-первых, не Огарда, а Огорда, а, во-вторых и в-главных, Фаликов непринужденным движением пера скрыл от читающих ученые степени и должности собравшихся специалистов, да и к тому же перечислил всего трех из семи выступавших иностранных докладчиков. Поясним, что магистр теологии пастор Томас Гандоу является уполномоченным по сектам и мировоззрения Лютеранской церкви Берлина-Бранденбурга и автором целого ряда серьезных монографий о тоталитарных сектах и бесчисленного количества статей; француз Ален Вивьен - вообще-то бывший министр иностранных дел Франции, а ныне возглавляет Межминистерскую миссию по борьбе против сект при премьер-министре Французской Республики; доктор теологии и заслуженный профессор Королевского орхусского университета Йоханнес Огорд изучал новые религиозные движения и тоталитарные секты более сорока лет, список его печатных трудов составляет весьма объемную брошюру, и, в отличие от Фаликова, он изучал гуруистские восточные секты не в Ленинской библиотеке, а в Индии, Непале, Таиланде, Тайване и многих других странах. Фаликов не упомянул доктора теологии пастора Рюдигера Хаута - уполномоченного по сектам и мировоззрениям Лютеранской церкви Северного Рейна-Вестфалии, автора классической монографии о мормонах и единственного немормона, которому удалось проникнуть на тайные храмовые церемонии мормонов, бывал он и на тайных инициациях различных эзотерических групп и оккультных сект. Список его печатных работ также весьма впечатляющ. Прозвучал на конференции доклад и пекинского профессора Чжан Байчуня - ведущего специалист по сектам в Китае. С Кипра приехал архимандрит Христофор (Чаккас) - духовник Всекипрского комитета защиты семьи и личности, объединяющего родителей и близких жертв сектантства. Одним из самых ярких выступлений был доклад канадца Джерри Армстронга - человека, отдавшего двенадцать с половиной лет сайентологии и достигшего в ней высокого положения: он был личным архивистом Рона Хаббарда. Сайентологи считают его своим злейшим врагом и по всему миру ведут против него тотальную войну. Вряд ли в мире есть человек, больше знающий об этой зловещей организации - международном рэкете, действующем под прикрытием религии.)
 
Состав российских участников был вполне типичен для подобного рода мероприятий и мог бы послужить социологам в качестве материала для изучения отечественного антисектантского движения. Но социологов сюда не подпустили бы и на пушечный выстрел. (Если бы Фаликов внимательно прочитал программу, он увидел бы, что для социологов религии и религиоведов на конференции проводился целый Круглый стол. Весь вопрос в том, действительно ли он не читал или сознательно не заметил.) Науку на конференции представляли славные советские (пардон, российские) психиатры, которые давно уже готовы взяться за лечение "сектантской чумы". С ними соседствовали православные батюшки. (Отметим, что "наукой" для Фаликова является лишь социология религии и только в том случае, если она принадлежит его идеологическому лагерю. Все остальное - антинаучно. Ну что ж, что такое "единственно верное научное мировоззрение", мы знаем очень хорошо - 70 лет учили. А то, что пресловутые "православные батюшки" и другие специалисты, выступавшие на конференции, - высокообразованные люди, многие из которых имеют ученые степени, Фаликов вновь умалчивает.)Третий компонент антисектантского движения (обеспокоенные родители) отсутствовал. Видимо, устроители конференции хотели подчеркнуть ее профессиональный статус, а родители, даже обеспокоенные, - это не профессия. Хотя сами они так не считают. (Вновь Фаликов подгоняет действительность под заранее заданные ему шаблоны. Мы уже писали о выступавшем на конференции архимандрите Христофоре (Чаккасе) - духовнике как раз родительского комитета. Присутствовали там на секциях и круглых столах и непосредственно родители и родственники членов тоталитарных сект, над чьей трагедией и чьей болью так "человеколюбиво" иронизирует гуманист Фаликов.)
 
Доклады также прозвучали достаточно типичные - клирики сетовали на рост числа соблазнов у постсоветской интеллигенции (культ Анастасии - лесной соблазн, Радастея - космический), психиатры со знанием дела рассуждали о психическом насилии и манипуляции сознанием, заморские гости делились опытом борьбы с сектантской угрозой. Французам и немцам было чем похвастать - они на этой ниве весьма преуспели, а вот датчанину Огарду - нечем. Дело его жизни не нашло достойного отклика в веротерпимых датских сердцах, пришлось отставному богослову рассуждать на отвлеченные темы восточного мистицизма. Но автор знаменитого сравнения йоги с термоядерной бомбой неплохо справился с задачей, напугав аудиторию таинственным "гуруизмом". Непонятно и страшно. (Фельетонный стиль в своей высшей точке. Читатель должен падать на пол от неудержимого смеха - как он их припечатал! Удивляет только, что исследователь современного индуизма Фаликов до сих пор не знает, что такое гуруизм. Да, квалифицированного преподавателя нашел себе священник Георгий Кочетков. Впрочем, как мы уже давно поняли, главное - не знание, главное - верная идеологическая позиция.)
 
В течение трех дней участники конференции стращали друг друга инфернальными ужасами, но, видимо, не слишком преуспели, потому что итоговое заявление звучит не менее рационально, чем документы Третьего рейха об окончательном решении еврейского вопроса. (А это даже и не слишком закамуфлированный политический донос. До чего же наши свободолюбивые интеллигенты любят стучать на всех, с кем они не согласны. И любимый способ настучать - это обвинить оппонентов в антисемитизме и в нацизме, а дальше пусть те оправдываются и доказывают, что они - не верблюды! И главное, для борьбы с нехорошими антисемитами всегда можно поклянчить полновесный заокеанский грант.) "Тоталитарные секты" (они же - "деструктивных культы") подрывают устои и губят здоровье граждан. Поэтому в борьбе с ними должны принять самое деятельное участие государство и общественность. Секты обманом втираются в доверие, а потому выводить их на чистую воду должны специалисты (то есть борцы с сектами). Они помогут публике распознать врага, а государству - уничтожить его законодательным путем. И тогда традиционные религии смогут спать спокойно. (Отсылаем всех желающих к тексту документа   для сравнения того, что там реально написано, с интерпретацией Фаликова. Будет ли ему стыдно? Сомневаемся. Стыдливым грантов не дают.)
 
Чем же руководствуются спецы, выявляя опасные секты? Ответ на этот вопрос содержится в их списке. В него входят практически все известные новые религиозные движения. Проблема отбора, таким образом, отпадает сама собой. (Вновь отсылаем желающих к документу , в котором черным по белому сказано, в частности: "Подчеркиваем, что, говоря о тоталитарных сектах (деструктивных культах), мы не имеем в виду новые религиозные движения, но говорим о группах, чья идеология и практика опасны для личности и общества".)
 
С кем же предстоит бороться в первую голову? Это мормоны, иеговисты, сайентологи и кришнаиты, то есть те религии, которые довольно успешно распространяются в современном мире. Одни из них уже практически стали частью мейнстрима (мормоны), другие находятся на пути к этому (иеговисты), третьи также прошли экспериментальную фазу, чреватую разными неприятностями, и изо всех сил стремятся обрести респектабельность (сайентологи и кришнаиты). (Очевидно, что такое "мейнстрим", определяет сам Фаликов вместе со своими лондонскими друзьями или, во всяком случае, они стремятся к тому, чтобы им было дано право после проведенной дорогостоящей экспертизы раз и навсегда выдавать заказавшим эти экспертизы сектам справки об их добропорядочности. Отсюда понятно, насколько вредны для таких планов люди, думающие иначе.) Замыкают же список те, кто действительно входят в противоречие с "духовностью этического монотеизма", защитниками которой объявляют себя участники конференции, - неоязычники, колдуны, ведьмы и сатанисты. (Значит, согласно Фаликову, вошедшие, по его мнению, в мейнстрим секты не входят в противоречие с "духовностью этического монотеизма"? Поэтому давайте признаем равноценность Православия с мормонизмом, мунизмом, кришнаизмом, сайентологией и пр. Давайте вести с ними равноправный диалог, благодаря их за то, что они соглашаются снизойти до нас. В истории уже были такие примеры: отечественные либеральные интеллигенты долго выступали против "преследований прогнившим царским режимом" пламенных революционеров и призывали к диалогу с ними. Чем это закончилось, хорошо известно. Последние либеральные интеллигенты, которым не удалось сбежать в эмиграцию, кусали себе локти на Соловках и в Колымлаге: если бы мы только знали! Но, как мы знаем, история характерна тем, что на ее ошибках не учится никто.)
 
Эта последовательность выдает истинные намерения борцов с сектами, которые пекутся вовсе не о духовном и психическом здоровье населения, а о том, чтобы избавить от успешных конкурентов традиционные религии, отяжелевшие под грузом лет и растерявшие миссионерскую прыть. Недаром новой сектантской угрозой на конференции были объявлены неопятидесятники, которые добились в России серьезных успехов - темпы их распространения сравнялись с иеговистскими. (О том, почему на конференции было обращено особое внимание на неопятидесятников, см. Специальное определение конференции.)
 
Антисектантское движение - инструмент борьбы за духовную монополию, а отнюдь не средство искоренения духовной опасности. (Вновь г-н Фаликов пытается передернуть карты, выдавая желаемое за действительное.) Насколько этот инструмент эффективен, покажет время. На мой взгляд, не очень. В религии, как и в любви, насильно мил не будешь. (Традиционные религии знают это очень хорошо. А вот как раз тоталитарные секты насильно, при помощи психических манипуляций и контроля сознания навязывают себя ничего не подозревающим потенциальным адептам.) Да и пойдут ли на пользу традиционным религиям те тепличные условия, которые мечтают создать им горе-защитники? (Похоже. пока тепличные условия стараются создать лишь г-н Фаликов со товарищи, только не для традиционных религий, а для тоталитарных сект.) Миссионерского пыла точно не прибавят. (Наверное, Фаликову из Лондона виднее.)
Обсудить данный материал вы можете на сектоведческом форуме.


Пожертвование на содержание и ведение уставной деятельности Центра религиоведческих исследований во имя священномученика Иринея Лионского.

Для выбора способа пожертвования, щёлкните по нужной иконке справа от суммы