Центр религиоведческих исследований во имя
священномученика Иринея Лионского

Центр создан по благословению Святейшего Патриарха Алексия II,
занимается проблемами новых религиозных движений, сект и культов.

Тел./факс: (495) 646-71-47        E-mail: [email protected]
Горячая линия (приём информации) 8-905-709-23-14 (9:00-20:00)
 

От оккультизма к Православию. Письмо в наш Центр - 11.12.12

17 декабря 2012

Приятно получать письма от людей, вышедших из сект и (или) отказавшихся от участия в магических практиках. Какой бы малочисленной ни была секта, ее опасность от этого не умаляется. Следует также отметить, что главная цель любой секты – власть, и лишь во вторую очередь – деньги. В письме, которое мы публикуем ниже, речь пойдет о небольшой группе «целителей», практиковавших свои услуги бесплатно. Из-за того, что данные оккультисты не взимали деньги за свои услуги (что, кстати, бывает крайне редко), деструктивность их деятельности не уменьшается. Как мы увидим из публикуемого ниже письма, ощущение своей особенности, избранности – главное для человека, увлеченного магическими практиками. Письмо бывшей «целительницы», ныне православной христианки показывает и духовную опасность подобных практик. Как бы ни прикрывались оккультные целители православной атрибутикой и символикой, их услуги представляют собой магические ритуалы, участие в которых отлучает человека от Церкви.

 

 

Когда я пытаюсь для себя установить, как же началась эта история, мне приходится «углубляться» в свою память аж до самого детства, в котором росла девочка со светлой головой, многоталанная, общительная. И училась-то она хорошо, и давались-то ей и знания, и навыки разные легко, и внешность-то у нее была неординарная. Все было у этой девочки для того, чтобы взрастить в себе массу добродетелей и принести пользу этому миру. Однако, как это в таких случаях и бывает, корм пошел не в коня, и вместо добродетелей стала прорастать во всех возможных видах в этой девочке гордыня. Мол, все могу, я же двужильная, да и немного таких. Мол, таким обычно дается какое-то особое предназначение в жизни. Из таких вот мыслишек и выпестовала она в себе к переходному возрасту уверенность о своей исключительности.

О Боге я к тому времени не знала ничего, но поиски смысла жизни уже тогда занимали практически все пространство моей души. Поиски эти были мучительными – меня бросало из крайности в крайность, и я верила во все – в колдовство и вуду, Кришну и барабашек, и, конечно же, мне нужно было все это попробовать на зуб. Мое желание пробовать совпало с теми годами, когда в Россию хлынули секты. Приехали они и к нам в виде невиданных доселе весьма жизнерадостных американцев. Я с ними повстречалась пару раз, да и покрестилась в их церковь Христа, тем более, что крестили они здорово – прямо с головой окунали людей в воду. Но на собрания их ходить я не стала. Утратила интерес как-то сразу.

А поиски мои продолжались. Потом были «Бхагават гита» и Кастанэда, Коран и начало Библии, нейро-лингвистическое программирование и трансерфинг. Бесконечные разговоры о смысле жизни со всеми подряд, сотни книг, прочитанных на эту тему, весьма подвесили мой язык, добавили мне убедительности и обострили внутреннее ощущение неудовлетворенности до предела. Я таки крестилась в Православие в 25 лет, но это ничего не изменило в моей тогдашней сумбурной жизни. К 34-м годам я, по социальным меркам, более чем благополучная гражданка своей необъятной страны, оказалась в глубочайшем духовном кризисе. Открывая утром глаза, я думала только об одном: «Скорей бы вечер и – спать». Страшное время. Когда ты погибаешь внутри, расцветая снаружи. Отношения с мужем перешли в состояние перманентной войны, положить конец которой мне все не хватало сил.

В этот вот момент и появился у меня в распоряжении номер телефона «целителей, которые лечат Божьей благодатью». Что меня подкупило сразу, так это то, что за свои «услуги» денег они не брали. Они вообще ничего не брали с людей. И тогда моя исключительность сказала мне: «Вот они, твои братья и сестры. Вот оно! – твое предназначение!» Поскольку мне всегда было важно приносить пользу и никогда не было важно, сколько у меня денег, то все вполне соответствовало моим внутренним ожиданиям.

Я, конечно, позвонила им, и они, конечно, со мной встретились, но отказались беседовать со мной (а я пыталась узнать, что же мне делать с моим браком) до тех пор, пока я не схожу на исповедь и к Причастию. Я приняла это как руководство к действию, очень методично подготовилась в Таинствам, и пошла в храм. Без всяких там эмоций и ожиданий. Я подумала: «Ну, надо им это, я сделаю. Уж очень хочется узнать ответ на вопрос, а, самое главное, понять, я – такая, как они или нет».

Но Господь решил по-другому. После Причастия я, скажем так, забылась минут на 40, глядя на руль своей машины, а когда пришла в себя, то удивительным образом поняла, что моя жизнь не просто поменялась, а очень сильно поменялась: в ней больше нет алкоголя (а его было море), нет мата, коротких юбок и многого другого… Это понимание настолько не вязалось с моим мировоззрением три часа назад, что я лишь усмехнулась и поехала по делам. К вечеру я отзвонилась своим «целителям» и договорилась о встрече.

Конечно же, мы встретились, и они меня «узнали»! Моему ликованию не было конца – наконец-то душа моя вошла в свою гавань! Я среди своих, а они к тому же еще и такие правильные – православные! Тут же я узнала, что таких, как мы, больше в природе нет, что мы – Божьи проводники и что на нас лежит страшная ответственность за весь мир перед Богом. Что руководитель этой группы умер год назад, это он их всему научил – и целить, и будущее прорицать Божьей силой – но это нисколько не мешало состоять ему, пожилому уже и женатому мужчине в плотских отношениях с одной из последовательниц группы, и что меня-то Господь прислал как раз вместо него. В группе было 2 женщины и один мужчина, все около 37 лет.

Ну, и началась наша «работа». Люди вставали в очередь, прием был интенсивным. Из меня лились какие-то неожиданные для меня пророчества, имена родственников «страждущих» (так мы их называли), обстоятельства их жизни и многое другое. Волосы у меня стояли дыбом, как мне казалось, все время. Я и мечтать не могла о подобных дарах! Это было выше моих самых смелых ожиданий! При этом все складывалось самым наилучшим образом: поститься нам было не нужно, потому как мы «круглые сутки были на служении, и у нас и так вечный пост», на службы мы не ходили, потому что «в храмах очень грязно от неверия», и молиться нам можно было в свободной форме – одним словом – честь нам и почет от Бога!

Но где-то глубоко внутри меня сидела назойливая и совсем неромантичная мысль: «А за что это все мне?» Я стала читать жития святых, Евангелие, литературу о воцерковлении, чем вызывала раздражение своих «соратников»: мол, маловерная! Но все во мне должно было соответствовать всему. Проштудировав литературу о прелести бесовской, я решила поступить следующим образом: воцерковляться так, как велит Закон Божий (уж очень сильным было мое потрясение от своего преображения в день первого Причастия), исповедаться, причащаться, читать положенные всем православным утреннее и вечернее правила, соблюдать установленные посты. И все, что не от Бога, – отвалится само собой. Без особой охоты, но и без сопротивления соратники стали потихоньку следовать за мной, поскольку к тому времени я стала в этой группе основной, как бы ведущей.

Первое, что произошло, – иссяк поток людей. Совсем. Второе – мои поначалу слабые сомнения в «оттудности» и заслуженности моих способностей стали расти с неимоверной скоростью. К тому времени я продала квартиру в городе, и мы все вместе за исключением мужчины (его мы «вытурили» из нашего коллектива «за гордыню») перебрались из города в деревню – строить «настоящую православную общину». Я купила там покосившийся дом, а остальные средства ушли на содержание моих «соратников» и их детей. Мы все имевшиеся средства тогда тратили на нашу «общину», а попросту – проедали остатки сбережений (к тому времени никто из нас уже не работал – нам же все Бог даст).

Приехали мы туда в апреле, а в ноябре, накануне Рождественского поста, я стояла в очередь на исповедь, обливаясь слезами и привыкая к амплуа «обычной православной христианки». Моя исповедь в нашей деятельности послужила настоящим ударом для остальных. Я наотрез отказалась участвовать во всем этом дальше и предложила им покаяться и заняться насущным делом – спасением. Но ведь спасаться трудно – тут нет никаких бонусов, особенно в подобной ситуации. И я попросила их уехать. Вид у моих «коллег» был очень оскорбленный (от каких даров отказывается! Покарает ее Господь!) но вещи они собрали быстро, потому как наступала зима, и в полуразрушенном доме после благоустроенных квартир было не очень уютно.

Рождественский пост я встретила на 10 кв. м. с тремя детьми без копейки денег и 40-кодневной епитимьей. Семья нашего священника, который по Промыслу Божьему стал моим духовником, приняла очень горячее участие в нашей судьбе.

Сегодня, конечно, дом приходит в Божий вид, есть работа и любимые занятия, а также масса послушаний. Есть святоотеческая литература и православный храм. Есть братья и сестры во Христе, истории воцерковлений и чудес. У меня есть все, чтобы жить и насыщать душу свою живой водой веры.

Слава Богу за все! Слава Богу, что дал мне сил отказаться от карамельных иллюзий в пользу малоэмоционального, трудного пути к Себе.

Буду рада, если моя история поможет еще какому-нибудь «проводнику» задать себе вопрос: «А за что мне такие дары?»

С любовью о Господе,
Раба Божия Наталья

Обсудить данный материал вы можете на сектоведческом форуме.