Центр религиоведческих исследований во имя
священномученика Иринея Лионского

Центр создан по благословению Святейшего Патриарха Алексия II,
занимается проблемами новых религиозных движений, сект и культов.

Тел./факс: (495) 646-71-47        E-mail: [email protected]
Горячая линия (приём информации) 8-925-589-38-36 (9:00-20:00)
 

Руководитель пермского краевого наркоцентра признал публично, что реабцентры принадлежащие неопятидесятникам никого не лечат - 27.02.13

Бороться и победить

О том, какая ситуация сложилась в Пермском крае с наркоманией, на что нужно опираться в борьбе с ней, — наша беседа с главным врачом краевого наркодиспансера Сергеем ЕЛОВИКОВЫМ

Записал Юрий СОФОНОВ. Фото из архива Сергея ЕЛОВИКОВА 26 февраля 2013

— Сергей Николаевич, начну с тревожной статистики: в 2012 году снижения смертности от наркотиков в Пермском крае не произошло — есть даже небольшой рост к 2011 году на 1,7 процента. И выявленный оборот наркотиков, согласно информации ГУ МВД по Пермскому краю, в прошлом году значительно вырос…

Сергей ЕЛОВИКОВ

— Увеличение смертности наркоманов связано прежде всего с передозировкой героина. Лидерами здесь являются Березники, Октябрьский район, Чернушка, Лысьва. Например, в Лысьве был случай, когда ежедневно в течение недели «скорая» привозила по несколько наркоманов с передозировкой. Оказывается, наркодилеры в героин добавили заменителей меньше, чем обычно.

С 2009 года число состоящих на учете наркоманов стабилизировалось. Конечно, тут сказалась не только наша работа, но и снижение поставок в Россию афганского героина. Однако как только достать героин стало труднее, масса наркоманов стала переходить на дезоморфин. Он гораздо дешевле героина, обычно наркоманы варили его сами. С тех пор, как в 2011 году была запрещена свободная продажа кодеинсодержащих препаратов, употребление дезоморфина снизилось многократно. Раньше все койки в краевом токсикологическом центре были заполнены, а теперь на медицинское освидетельствование в наркодиспансер привозят только 14–15 человек в неделю.

Возможно, что рост выявленного оборота наркотиков связан с переходом части наркоманов от дезоморфина обратно на героин. Дезоморфин обычно варят перед употреблением, его срок годности 4 часа. Поэтому много его не изымешь.

— Какие наркотики сегодня являются наиболее серьезной проблемой в Пермском крае?

— На первом месте героин, на втором — каннабис (марихуана), затем — амфетамины, экстази. Есть и кокаин, но его употреб-ляют мало из-за высокой стоимости — около пяти тысяч рублей за один грамм. В 2010 году большой проблемой были порошки для ванн «Фен-шуй», от которых скончалось 15 человек. Их свободно продавали в киосках. После употребления развивался тяжелый психоз, быстро формировалась зависимость. Доказать, что в состав «Фен-шуя» входят наркотики, мы долго не могли. Помогла фармакадемия, лаборатория которой выявила в его составе наркотик пировалерон. «Фен-шуй» запретили. Недавно состоялся первый судебный процесс в Индустриальном районе Перми: осудили трех торговцев «Фен-шуем». Главарь группировки держал в Перми пять киосков, через которые продавал наркотики около двух лет.

— Сергей Николаевич, правда, что женская наркомания часто связана с проституцией, и среди проституток наркоманок около 90 процентов?

— Это только одна часть женской наркомании, ведь среди наркоманов женщин у нас почти 40 процентов. Я бы выделил четыре причины, по которым девушки становятся наркоманками. Первая, это когда их специально садят на иглу, чтобы использовать как проституток. Вторая причина: отсутствие стержня, воспитания — попробовав многое другое, девушки переходят на наркотики просто из любопытства. И третья: плохая компания, друзья, которые принесли наркотик и угостили. Наконец, самая глупая причина: у хорошей девушки появляется друг-наркоман, который убеждает, что хочет исправиться. Девушка решает его спасти, но вместо этого с ним начинает колоться…

— В Пермском крае реабилитация наркоманов в основном в руках частных или религиозных реабилитационных центров. Там называются цифры 40–60 процентов ремиссии… Эти центры действительно эффективнее государственных медучреждений?

— Когда началась интервенция героина, наша основная задача была оказывать необходимую медицинскую помощь. Достаточных средств, в том числе материальных, для дальнейшей реабилитации у нас не было. Эту нишу в крае заняли негосударственные реабилитационные центры, подчас связанные с нетрадиционными религиями. Эффективность их работы мне трудно оценить, потому что они не предоставляют нам достоверной информации. Возможно, что в первый месяц процент ремиссии может быть большим, но что происходит дальше?

У нас есть отделение реабилитации в составе краевой клинической наркологической больницы. Там сразу после реабилитации показатели тоже очень высокие. Но через полгода ремиссия сохраняется только у 16 процентов. Мы точно знаем, что шесть месяцев эти пациенты не употребляли наркотики. В дальнейшем большинство из них, к сожалению, снова начинает колоться.

От наркотической зависимости обычно нельзя избавиться раз и навсегда. Конечно, если человек не употреблял наркотики пять лет, мы его снимаем с учета — появляется надежда, что он сможет продержаться всю жизнь. Но и после пяти лет ремиссии не так уж мало случаев, когда наркоманы снова срывались и начинали употреблять наркотики. А религиозные реабилитационные центры посылают нам справки: пролечилось столько-то сотен человек, процент ремиссии до 60 процентов. Но — ни фамилий, ни результатов тестирования… Я предлагал: давайте списки людей, мы их протестируем через несколько лет после реабилитации. Нет ответа! Сказать, что цифры, которые предоставляют эти центры, — вранье, может быть, слишком жестко. Но они ничем не подтверждены.

Правда в том, что в лучшем случае около семи процентам бывших наркоманов удается на долгие годы выйти в устойчивую ремиссию. Но и у них тяжелые последствия сказываются всю жизнь.

— Вообще, вы считаете, частные центры нужны?

— Я не против частных реабилитационных центров. Пусть у каждого будет выбор. Это рынок, на котором после принятия сертификатов началась конкуренция.

Некоторым наркоманам, только что освободившимся из зоны, больше нравятся центры, которые возглавляют ранее судимые люди. Там порядки, которые им привычнее.

Конечно, мы стараемся оказывать содействие частным реабилитационным центрам, наши специалисты туда выезжают. Например, недавно побывали в Кудымкаре. Нам поручено работать по программе сертификатов. Если наркоман после двух месяцев нахождения в реабилитационном центре не употреблял наркотики в течение трех месяцев, больные наркоманией проходят у нас тестирование, то этот реабилитационный центр получает деньги.

— А если, продержавшись три — пять месяцев, большинство из «реабилитированных», за которых центры получили деньги, потом, согласно статистике, снова вернутся к наркотикам?

— Мы думали над этой проблемой. Вот почему у нас в крае намечено открытие нескольких медицинских амбулаторных отделений реабилитации. В том числе в Чайковском, Березниках, Кудымкаре, Лысьве и Чернушке. И они будут активно работать с этими центрами, чтобы сопровождать дальше их пациентов. Тогда у нас, возможно, появится реальная картина эффективности реабилитации.

— Может быть, краю лучше строить государственные реабилитационные центры? Как в Татарстане, где получены действительно неплохие результаты по снижению смертности наркозависимых?

— У нас принято решение о создании мощного государственного реабилитационного центра в Краснокамске. Уже есть помещение, где сейчас идет ремонт. Через год мы планируем его открыть. Конечно, если бы нам, как в Татарстане, выделили 600 миллионов рублей, то результат у нас тоже был лучше. Я в Татарстане знакомился с их опытом. В центре столицы в огромном здании сделали головной реабилитационный центр. Большие деньги тратили на подготовку специалистов, которых посылали учиться в Москву и Санкт-Петербург. И нам бы тоже надо в первую очередь обратить внимание на подготовку и обучение специалистов-наркологов и создание условий для их работы.

— Как вы считаете, нужно ли вводить обязательное тестирование на наркотики у старшеклассников и студентов?

— Увы, если бы учителя и преподаватели хотели бороться с этим злом, они бы сами выявляли наркоманов. Но зачастую им дороже лицо заведения. Тестировать надо обязательно!

Для начала я бы предложил проводить предварительный скрининг — анонимный опрос в каждом классе, по результатам которого можно выявить самые проблемные учебные заведения. И уж туда затем приехать со своей мобильной лабораторией и провести анализы. Это воздействует на молодую душу!

http://zwezda.perm.ru/newspaper/?pub=10141

Обсудить данный материал вы можете на сектоведческом форуме.




Дорогие друзья, посетители нашего сайта - самого информативного и самого крупного противосектантского сайта всего русскоязычного интернета!


Для того, чтобы поддерживать и продвигать наш сайт, нужны средства. Если вы получили на сайте нужную информацию, которая помогла вам и вашим близким, пожалуйста, помогите нам материально. Ваше пожертвование сделает возможным донесение нужной информации до многих людей, которые в ней нуждаются, поможет им избежать попадания в секты или выручить тех, кто уже оказался в этих бесчеловечных организациях.


Мы нуждаемся в вашей помощи. Не оставайтесь равнодушными. Пусть дело противостояния тоталитарным сектам станет поистине всенародным!


Заранее - огромное спасибо!


А. Л. Дворкин и вся редакция сайта Центра священномученика Иринея Лионского



Для выбора способа пожертвования, щёлкните по нужной иконке справа от суммы